«Манер в живописи много, дело не в манере, а в умении видеть красоту» (Саврасов А.К.)



Статьи (О художниках):

"Художник Алексей Александрович Жабский"
Вячеслав СТЕКОЛЬЩИКОВ
"Мир живописи".№3-4
07.07.2009

Творчество Алексея Жабского хорошо известно художникам и коллекционерам несмотря на то, что у него не было ни одной персональной выставки. Высочайший художественный уровень его работ и необычайная личная скромность уже давно сделали его имя легендарным. Небольшие по размеру изящные натюрморты и пейзажи Жабского неизменно привлекали внимание специалистов и любителей живописи на всех крупных московских и российских художественных выставках, становились объектом пристального изучения. Живопись Алексея Александровича безусловно принадлежит романтическому реализму и коллекция его работ органично войдет в состав экспозиции выставки «Романтики реализма» в Санкт-Петербурге и Вологде летом 2009 г.

Наше творческое поколение можно определить коротким словосочетанием "дети войны". Это о нас сказал поэт: " Я не участвовал в войне - война участвует во мне".

Голод, тревоги, безотцовщина и радость победы не только формировали наше мироощущение, но и были теми нравственными и эмоциональными основами, с которыми мы пришли в мир искусства. Именно это мировосприятие превратило наше ровесничество в духовное родство. В понятие "творческое поколение" я условно включаю, несмотря на разницу в возрасте, художников, входящих в десятилетний отрезок времени. Эти отрезки образуют грани поколений художников, которые внесли свою интонацию в искусство.

Раньше других своеобразие и подвижничество Жабского заметил наш друг Слава Забелин. Надо сказать, не только наше творческое поколение, но и предыдущее и последующее обязаны мудрому устремлению Забелина не только собрать нас, объединить, а также раскрыть и показать все лучшее, что, несомненно, было в каждом из нас.

Леша, как с любовью звали мы Алексея Жабского, был, вероятно, самым искренним, порой, и наивным, но бесконечно преданным идеалам детства художником. Никакие соблазны творческих поисков не могли увести его от живого восприятия мира. Едва завоевав место на выставках, многие из нас (чтобы заметили) устремлялись осваивать "манежные" размеры. Чаще всего, это лукавое желание приносило в жертву качество живописи.

Жабский избежал соблазна "манежного" величия. Он был убежден - тихо петь ничуть не легче, нежели громко. Его творческое бескорыстие выражалось не столько в камерных размерах, сколько в том, что он изображал лишь то, что искренне любил.

Я вспоминаю нашу неожиданную встречу с Алексеем и Людмилой Жабскими в Угличе в 1975 году. Мы с Младой и семилетним Антоном в то время вели привычный для художников кочевой образ жизни, и Углич был для нас очередным привлекательным местом, а для Леши и Люды этот древний город на Волге был уже давно избран и любим. Несмотря на более чем скромные условия быта, Леша буквально светился, когда с упоением делился с нами очередным творческим увлечением. Кто бы мог подумать, что объектом его живописных пристрастий в сказочно красивом Угличе в тот момент были куры. Видимо, Жабский увидел в пеструшках что-то более значимое, чем обычная домашняя птица, а, судя по реакции не испытывающего симпатии к реализму искусствоведа, нечто даже магическое. Сердитая статья по поводу групповой выставки нашего творческого поколения, где были Лешины работы, так и называлась - "Курочка ряба".

Позже мы привыкли к тому, что на очередной выставке Алексей Жабский удивит и порадует нас неожиданно новой темой, которой он увлечется, полюбит и погрузится так глубоко, как только сможет.

Эта творческая потребность объясняла его несколько отшельнический образ жизни. И если аскетическое погружение в работу свойственно замкнутому, необщительному человеку, то Лешу Жабского отличала почти детская открытость, доверчивость и неизменная доброжелательность. А сосредоточится ему было необходимо для того, чтобы все это выразить в своих работах.

Высокое мастерство Алексея Жабского несомненно ставит его в ряды тех художников России, чье Православное мировосприятие определяет понятие "русская живопись". Художники не умирают - они становятся частью того параллельного мира, который сами создают.


Пейзаж с большим деревом (Углич), 1984

Углич.Вечер, 1985-88

Лето в Угличе, 1984

Лето на Улейме, 1980-1984

Автопортрет с детьми, 1983

Цветы и фрукты, 1987